Не слабость, а забота о себе: директор Центра Сербского рассказала, почему просить поддержки — это нормально
Вечерняя Москва vm.ru ·
К 105-летию Национального медицинского исследовательского центра психиатрии и наркологии имени В. П. Сербского в столице прошла масштабная конференция с участием специалистов из Китая и стран СНГ. На ней подвели итоги и поговорили о главном: как сейчас защищают психическое здоровье москвичей. 11 ноября корреспондент «Вечерней Москвы» поговорила с директором центра Светланой Шпорт о современных фобиях и тревогах горожан и о новом порядке оказания помощи.
К 105-летию Национального медицинского исследовательского центра психиатрии и наркологии имени В. П. Сербского в столице прошла масштабная конференция с участием специалистов из Китая и стран СНГ. На ней подвели итоги и поговорили о главном: как сейчас защищают психическое здоровье москвичей. 11 ноября корреспондент «Вечерней Москвы» поговорила с директором центра Светланой Шпорт о современных фобиях и тревогах горожан и о новом порядке оказания помощи.
Более чем за век работы Центр Сербского не просто накопил уникальный опыт — он стал точкой опоры для тысяч людей, которым важно знать: их услышат, поймут и помогут без осуждения.
А если базовая потребность не удовлетворена, появляется тревожность. И проявляться она может по-разному. Например, когда мы увлечены новостями, просыпаемся и засыпаем под новости, это повышает ее уровень.
Очень важна объективная информация, которая может предупредить или развеять тревогу. И правильно, что в Москве проводятся различные информационные кампании. Сейчас жители столицы практически в онлайн-режиме разрешают свою тревогу — мэр города дает объективную информацию.
Поэтому следует находить объективные информационные потоки, которые будут обеспечивать личностную безопасность и, таким образом, снижать уровень тревожности.
10% — повышенная тревожность и упадок сил
13% — ощущение одиночества
25% — борьба со стрессом
26% — семейные и рабочие конфликты
15% — острые кризисные состояния
16% — трудности, связанные с личностным ростом
По данным ГКУ «Московская служба психологической помощи населению».
— Светлана Вячеславовна, за 105 лет был пройден путь от Пречистенской психиатрической лечебницы для заключенных до ведущего научно-практического центра страны. Какое достижение вы считаете главным — не для истории, а для сегодняшних пациентов?
Действительно, уже пройден вековой рубеж, и мы готовимся к юбилею очень серьезно. Для нас было важно проследить этот путь сквозь исторические эпохи. И несмотря на то, что центр большую часть времени занимался разработкой методологии проведения судебно-психиатрических экспертиз, гуманное отношение к личности, отстаивание интересов личности — это то, что неизменно сохраняется и передается из поколения в поколение в стенах Центра Сербского.
— С 1 сентября действует приказ № 666н о новом порядке наркологической помощи. В зону бесплатной помощи впервые включена лудомания. Это шаг вперед?
С зависимостью от азартных игр, безусловно, следует обращаться к специалисту. И он определит риски, порекомендует либо методы реабилитации, либо методы терапии. Эта категория граждан не подлежит диспансерному наблюдению. Поэтому речь идет больше о консультативных, профилактических приемах, которые вырастают в терапевтический альянс между пациентом и клиническим психологом.
— Номофобия — страх остаться без телефона — уже стала повседневной нормой. Где граница между вредной привычкой и расстройством?
Для большей степени городских жителей телефон стал неким гарантом безопасности. Если у меня телефон, значит, я всегда буду на связи, не станут волноваться мои родственники, а если что-то где-то произойдет, у меня с собой телефон. Поэтому и возникает момент привязанности. Но эта привязанность еще не означает патологическую форму. И тут важен маркер, чтобы понять, где обычная тревожность, а где уже навязчивость и тревожное ожидание. Если ничего не случилось, все хорошо и тем не менее меня это беспокоит — то это требует вмешательства специалиста. Причем необязательно психиатра, с этим может поработать и клинический психолог.
— Москвичи живут в потоке новостей, и многие скроллят ленту с утра до ночи. Стала ли эта проблема острее?
Да, это страх, что я что-то пропущу, мне нужно быть постоянно в тонусе, нужно знать, что происходит. Это может быть продиктовано, с одной стороны, неким состоянием тревоги, потому что у человека что-то происходит дома или на работе, а может быть и навязчивостью. Человека, который просто о чем-то тревожится, обычно можно отвлечь, переключить на другую деятельность, на какой-то фильм, интересную книгу, разговор. А если у человека возникает тревожное навязчивое состояние и он не может отвлечься от него, тут как раз следует спросить специалиста, который скажет: давайте с вами поработаем.
— Какие страхи и фобии сегодня преобладают у москвичей?
Мы устроены так, что для нас личная безопасность — это базовая потребность.
— А в последнее время появились ли какие-то новые фобии?
Мы наблюдаем всплеск интереса к своему психическому здоровью у молодежи. И нас это радует. Но в связи с таким всплеском у молодых людей могут возникать тревожные мысли: не психическое ли у меня расстройство? А поскольку это в основном молодые люди, у них наслаиваются все тревожные возрастные моменты: взаимоотношения в школе, экзамены... Молодежь часто обращается к нам, чтобы поинтересоваться, точно ли все в порядке? Некоторые, кстати, приходят прямо со списком симптомов, составленным с помощью искусственного интеллекта. Как правило, все такие обращения квалифицируются как нормальный эмоционально подпитанный интерес. И нас очень радует, что молодое поколение обращается к специалистам. Им важно знать, что все хорошо, и желательно, чтоб это прозвучало из уст психиатра.
И то, что молодежь к нам обращается, — это как раз показатель правильной информационной кампании. Когда объясняют, что такое психическое здоровье, почему к нему нужно бережно относиться, каковы признаки психического неблагополучия и куда с этим обращаться.
— С какого момента человеку стоит идти к специалисту? Какие три-четыре сигнала вы бы назвали как однозначные поводы для обращения?
Наверное, когда человек не радуется привычным вещам, которые его радовали раньше. Повышенная раздражительность на незначительные сигналы. Например, хлопок, звук ручки может вызвать чрезмерную агрессию. Еще плохое засыпание, ранние пробуждения. И постоянное чувство тревожности, которое не покидает человека на протяжении всего дня. Он не может отвлечься, постоянно тревожен, это его раздражает, мешает в работе и в общении с людьми. Если человек раньше читал книгу и сразу мог пересказать, а теперь ему требуется время сосредоточиться, то это тоже сигнал, нужно идти к специалисту, который сможет проверить. Сегодня это делает клинический психолог в поликлиниках, в кабинетах медико-психологического консультирования. Он подскажет, человек просто устал и ему нужен отдых или это первый «звоночек». Специалист поможет разобраться и либо назначит у себя следующую консультацию, либо отправит к врачу-психотерапевту, либо к врачу-психиатру, чтобы установить точную причину.
— Вы заговорили о кабинетах медико-психологического консультирования — в России их уже более полутора тысяч. Но знают ли об этом жители столицы?
В Москве созданы не только кабинеты, но и целые Центры психотерапевтической и психологической помощи. Это отдельные структурные подразделения, куда человек может спокойно прийти и ему будет оказана помощь. Надо отметить, что у москвичей — это популярная опция, когда можно прийти просто поговорить, высказать свои тревоги и опасения. Специалист проведет диагностику и даст рекомендации по восстановлению и укреплению тех функций, которые могут быть у человека по тем или иным причинам ослаблены.
К счастью, наши граждане уже привыкли говорить о своем психологическом дискомфорте. И есть специалисты, к которым пойти не страшно. Это «первая линия» — клинические психологи, врачи-психотерапевты.
— Появился термин «ИИ-фобия» — страх, что искусственный интеллект отберет работу, примет решение за вас, выйдет из-под контроля. Вы как психиатр видите в этом рациональное зерно или просто новый вариант технофобии?
Технологии сейчас развиваются с такой скоростью, что порой даже не хватает времени, чтобы осознать, что пришло что-то новое. Мы видим среди своих пациентов граждан, которые испытывают тревогу, что в будущем их заменит искусственный интеллект. Тем более что это подпитывается средствами массовой информации. Но наша личность имеет очень хорошие адаптивные резервы. Опасение, что вас заменят, может стать толчком к развитию профессиональных компетенций. И в этом случае тревога возникает, потому что вы выходите из зоны комфорта. Личности нужно приспособиться под другие условия, получить профессиональные навыки. Необходимо настроить человека, развернуть его в сторону роста. И когда это удается сделать, поверьте, пациент получает огромное удовлетворение.
— Есть и другая тенденция. Мы все чаще доверяем ИИ — просим у нейросети советы о жизни, отношениях, здоровье. Это форма эскапизма или просто удобный инструмент?
Вот эта ситуация как раз сильно настораживает. В век очень быстро развивающихся технологий мы меньше стали уделять внимания друг другу, у нас сужаются социальные контакты. А тут появляется некий виртуальный друг, который никогда не даст негативную оценку. Это мир без обид и тревог, без горя, без тоски и скуки. И это ловушка. Ловушка, которая может привести к зависимости от своего виртуального друга, когда есть тот, кто решает мои проблемы быстро и мне не нужно думать.
В этом кроется опасность, потому что человек уходит из своего реального мира в мир иллюзий. В мир, где кажется, что кто-то сможет сделать за тебя быстро, легко и с кем интересно говорить, потому что нет обратной эмоциональной связи. И тут мы наблюдаем зависимость от искусственного интеллекта. Мы уже видим таких пациентов, которые от врачебной практики переходят на консультации искусственного интеллекта. И когда это происходит, мы видим, к сожалению, срыв терапевтического альянса, причем там, где был устойчивый реабилитационный и ремиссионный эффект.
— А что помогает вам лично сохранять психическое здоровье?
В жизни, наверное, каждого человека должно присутствовать то, что делает его более устойчивым. Лично для меня это, конечно, культура. Это обязательно выставки, опера и балеты, спектакли, различные творческие встречи. Это то, что позволяет смотреть на многие вещи другими глазами. И чем более разнообразна деятельность, тем больше формируется нейронных связей, тем больше наша психика становится устойчивой.
Поэтому, конечно, каждый должен найти тот самый путь, который делает его несколько крепче, несколько устойчивее. И обязательно следовать ему. Это психопрофилактика! Такой вот «дневничок активности». Для кого-то это могут быть прогулки, для кого-то бег. Но важно, чтобы это было.
Не изолироваться, не инкапсулироваться, а выходить и выстраивать связи: социальные, эмоциональные.
— В 2026 году Всемирному дню психического здоровья исполнилось 35 лет, а Россия отметила его в 25-й раз. Если бы вы могли обратиться к москвичам с одним предложением — что бы сказали?
Берегите психическое здоровье. Самое ценное, что у нас есть.
Сохранить психическое здоровье помогут несколько простых правил. Первое — забота об эмоциональном фоне. Чаще испытывайте положительные эмоции и вовремя «переключайтесь», совладав с негативными мыслями, — не нужно прокручивать их по кругу. Второе — телесные практики. Дыхательные техники, аутогенная тренировка, умеренная физическая нагрузка. Эти приемы входят в арсенал специалистов, но работают и как профилактика. Третье — грамотное поведение на работе. Развивайте эмоциональный интеллект и не доводите профессиональный стресс до выгорания. И, главное, не ждите клинических симптомов — обращайтесь к специалисту.
Светлана Шпорт родилась в 1978 году в Комсомольске-на-Амуре. В 2001 году окончила лечебный факультет Московской медицинской академии имени И. М. Сеченова, в 2013-м — магистратуру по психологии. В 2021 году защитила докторскую диссертацию. Ее тема — психопрофилактическое обеспечение безопасности дорожного движения. С 2003 года работает в Центре имени В. П. Сербского. С 2022-го назначена его генеральным директором. Главный внештатный специалист психиатр и психиатр-нарколог Минздрава России. Автор более 200 научных работ. Лауреат премии «Призвание». Награждена медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.