«Тревога или аутизм?»: как отличить РАС от депрессии и СДВГ у взрослых

Вечерняя Москва vm.ru ·

«Тревога или аутизм?»: как отличить РАС от депрессии и СДВГ у взрослых

Аутизм все чаще начали выявлять в зрелом возрасте. Теперь узнать о наличии расстройства можно и после 30 лет. В чем причина такой поздней диагностики, вместе со специалистами разбиралась «Вечерняя Москва».

Аутизм все чаще начали выявлять в зрелом возрасте. Теперь узнать о наличии расстройства можно и после 30 лет. В чем причина такой поздней диагностики, вместе со специалистами разбиралась «Вечерняя Москва».

Трудности в коммуникации, тяга к одиночеству, сложности с пониманием эмоций, буквальное восприятие слов и жесткая привязанность к распорядку дня и ритуалам — классические признаки расстройства аутистического спектра (РАС) у детей. Но бывают ли такие симптомы, которые позволяют скрывать диагноз десятилетиями? Сегодня медицина все чаще сталкивается именно с подобными случаями. Вероятно, когда-то специалисты списали поведение ребенка на сложный характер, а взрослого — на усталость, оставив расстройство незамеченным.

Чаще всего с поздней диагностикой РАС встречаются представительницы прекрасного пола. Говорят, что это связано с их возможностью приспосабливаться к окружающей среде. Действительно ли возможно пропустить развитие РАС и какие симптомы выдают аутизм в более позднем возрасте?

Расстройство аутистического спектра считается труднодиагностируемым заболеванием. У него нет единого шаблона — проявления могут варьироваться от едва заметных особенностей до тяжелых нарушений. Порой его достаточно трудно распознать. По данным Министерства здравоохранения, в России на тысячу детей приходится всего четыре ребенка с РАС, тогда как в среднем по всему миру, согласно статистике Всемирной организации здравоохранения, их доля составляет порядка одного процента. Между тем в США количество детей с аутизмом превышает три процента. И дело здесь не в национальности, а в способе диагностики.

Чтобы увидеть реальную картину, нужны масштабные скрининги. В апреле 2026 года в России опубликовали результаты первого большого популяционного исследования детей с аутизмом. В его рамках специалисты обследовали около 35 тысяч младшеклассников, сделав акцент на снижении риска искажений. Ученые выяснили, что реальная доля детей с РАС в России значительно выше и достигает 2,2 процента. Точность статистики напрямую зависит от подходов к выявлению аутизма. Сегодня они становятся точнее и шире, из-за чего все больше людей узнают о своих особенностях. Психиатр Исмира Джабарова согласна с мнением: рост числа диагнозов во многом связан с расширением понимания спектра аутизма.

— Вероятнее всего, подобная статистика говорит не столько об увеличении количества людей с РАС, сколько об изменениях в подходах к распознаванию нейроотличий и грамотности врачей в этом вопросе. Мы наблюдаем не волну заболеваемости аутизмом, а волну запоздалой диагностики, — объясняет Исмира Джабарова.

Обычно, чтобы установить такой диагноз, врачи обращают внимание на социальную коммуникацию и взаимодействие, ограниченное и повторяющееся поведение, сенсорные способности. Дети с аутизмом склонны к избеганию сверстников, одиночеству, непониманию правил общения, а также острым реакциям на звуки, свет и, кстати, перемены. Однако у расстройства есть и иные проявления, которые легко принять за другие состояния или даже черты характера. Например, речь о хронической усталости, социальной тревожности, синдроме дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). В таком случае вероятность спутать РАС с тревожным расстройством, обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР) и депрессией весьма высока. Иногда маскируют аутизм хорошо развитая речь, высокий интеллект, самоконтроль и навыки социального подражания. Они помогают выстраивать диалог, общаться с людьми и сохранять внешнее спокойствие, несмотря на очевидные триггеры. Правда, у каждого из этих признаков есть свои оговорки. Грамотная речь может строиться на заученных фразах-шаблонах, а наличие приятелей — не означать отсутствие трудностей в коммуникации. Более того, порой такие люди способны имитировать зрительный контакт, переводя взгляд на переносицу или брови собеседника, и сознательно «отзеркаливать» чужие эмоции и жесты.

Чаще подобными навыками маскировки обладают именно девушки. Это же, к сожалению, и мешает вовремя поставить верный диагноз.

— У девочек с РАС нередко наблюдается более высокий уровень когнитивного развития, который сочетается с менее выраженными симптомами. Именно по этой причине тихие и старательные ученицы с сохранной речью и хорошей успеваемостью часто выпадают из поля зрения педиатров и педагогов, — добавляет Исмира Джабарова.

Разделяет данную точку зрения врач-психиатр доктор медицинских наук Анна Портнова.

— На двух-трех мальчиков с аутизмом обычно приходится всего одна девочка. Связано это с тем, что их проявления более сглажены и действительно сопровождаются меньшими поведенческими проблемами. Так, они более послушны и менее агрессивны, лучше овладевают поведенческими шаблонами и перенимают социальные навыки, — отмечает Портнова.

Кстати, проблема может заключаться не только в подходах к диагностике и завуалированных симптомах, но и в более низкой изученности женского организма, считает Исмира Джабарова.

— На самом деле врачи исторически ориентированы только на типичный мужской профиль РАС, характеризующийся выраженными поведенческими нарушениями, задержкой речевого развития и стимами — яркими повторяющимися действиями, — подчеркивает психиатр.

Симптомы, говорящие об аутизме у девочек, в классических диагностических опросниках пока не учитываются. Все это и правда делает РАС менее заметным со стороны. И подобная картина требует активного развития диагностики аутизма среди взрослых, поскольку поставить диагноз уже адаптировавшемуся человеку куда сложнее, нежели ребенку, говорит Джабарова.

— Чтобы установить диагноз РАС у взрослого и отличить его от других возможных состояний, врачи собирают подробный анамнез, начиная с раннего детства и по возможности опрашивая близких. Основная сложность в том, что картину приходится восстанавливать ретроспективно. При этом воспоминания пациента могут быть переосмыслены, а информация от родителей — ограниченной, — поясняет специалист.

Клинический психолог и руководитель программ благотворительного образовательного фонда Анна Сальманова подтверждает: диагностика аутизма у взрослых — одна из самых сложных и комплексных задач в современной психиатрии. Виной тому не только смазанный или утерянный анамнез, но и другие факторы.

— Дело в том, что за 20, 30 или 40 лет жизни человек выстраивает автоматические интеллектуальные алгоритмы поведения. На приеме врач нередко видит адаптированного, приятного в общении и успешного собеседника. К тому же мешают составлению реальной картины и сопутствующие состояния. И речь не только о тревоге, ОКР или депрессии, но и о пограничном расстройстве личности (ПРЛ) или расстройстве пищевого поведения (РПП), особенно у женщин, — обращает внимание Сальманова.

Выходит, ключевое препятствие в диагностике аутизма — так называемый маскинг. Именно он сначала мешает выявить расстройство в детстве, а затем — распознать уже в зрелом возрасте. Усугубляется проблема и тем, что существующая система оценки создавалась лишь для детей. Сегодня нет единого анализа или исследования, способного подтвердить аутизм. Диагноз ставится на основе комплексной оценки, включающей скрининговые опросники, наблюдение, общение с пациентом, его родственниками и близкими, а также дифференциальную диагностику, которая позволяет исключать другие состояния со схожими проявлениями. Однако на практике данная система нередко буксует. Сделать диагностику более точной и доступной для людей разных возрастов может лишь адаптация уже существующих подходов. Специалисты считают, что серьезным подспорьем станет разработка инструментов для оценки маскинга (когда человек с нейроотличными особенностями, например, при аутизме или СДВГ, сознательно или неосознанно «надевает социальную маску»: подавляет естественные реакции, копирует поведение окружающих, чтобы вписаться в группу. — « ВМ »). Кроме того, важны и переквалификация врачей, и грамотная система поддержки детей и взрослых с РАС.

Правда, говоря об усовершенствовании диагностики, специалисты нередко предупреждают об обратной опасности — гипердиагностике. Она опасна прежде всего тем, что за широко обсуждаемым диагнозом человек может пропустить реальное состояние, требующее совсем иного подхода или даже лечения, которое аутизм не подразумевает. Главная причина подобной гипердиагностики кроется в подмене понятий, когда хроническую усталость или даже черты характера могут называть РАС. И, пожалуй, ключевая задача медицины сегодня — научиться вовремя распознавать заболевания, включая расстройство аутистического спектра, не превращая сложный диагноз в тренд.

Более половины аутичных людей в США имеют средний или выше среднего коэффициент интеллекта (IQ от 86 и выше). Об этом говорят результаты исследования, проведенного среди 30 тысяч человек, родившихся в штате Миннесота. По его итогам доля людей с РАС без интеллектуальных нарушений составила 59 процентов. В 2016 году этот показатель был ниже на 17 процентов. Данные в очередной раз опровергают устаревший стереотип о том, что аутизм связан с умственной отсталостью. На самом деле спектр крайне широк: от людей, нуждающихся в круглосуточной поддержке, до талантливых специалистов в самых разных сферах.

В истории и культуре немало выдающихся людей, чьи особенности мышления связывают с расстройством аутистического спектра. Однако диагноз некоторых мы можем лишь предполагать, а о других знаем наверняка — они открыто заявили миру о своей нейроотличности. Так, признаки аутизма исследователи находят в биографиях ученых Исаака Ньютона, Альберта Эйнштейна, Николы Теслы и пианиста Гленна Гульда. И это несмотря на то, что при их жизни такого диагноза еще в помине не было. В числе современников, поделившихся своим опытом, — актер Энтони Хопкинс, который узнал о расстройстве после 70 лет, певица Сия, рассказавшая об аутизме в 47 лет, режиссер Тим Бертон, чьи фильмы часто посвящены непонятым обществу героям, экоактивистка Грета Тунберг и даже предприниматель Илон Маск, которые считают это суперсилой и связывают с текущими успехами.

Аутизм все чаще выявляют у взрослых россиян: диагноз могут поставить и после 30 лет. «Вечерняя Москва» узнала у врача-психиатра, психотерапевта, психолога Алексея Вилкова, что важно знать об аутизме и по каким признакам его диагностируют во взрослом возрасте.

Источник: Вечерняя Москва vm.ru