«Мама, я обязательно вернусь»: о чём пишут домой бойцы СВО и как их письма становятся опорой для целых семей
Вечерняя Москва vm.ru ·
У каждого бойца специальной военной операции есть свой тыл. Это его жена, мать, родной человек, который его поддерживает и ждет. Эта забота близких сквозь время и расстояние дарит нашим солдатам силы и мужество в самых тяжелейших обстоятельствах. О женах и матерях героев специальной военной операции поговорили в эфире сетевого вещания «Вечерней Москвы».
У каждого бойца специальной военной операции есть свой тыл. Это его жена, мать, родной человек, который его поддерживает и ждет. Эта забота близких сквозь время и расстояние дарит нашим солдатам силы и мужество в самых тяжелейших обстоятельствах. О женах и матерях героев специальной военной операции поговорили в эфире сетевого вещания «Вечерней Москвы».
Жены и матери героев специальной военной операции — самые преданные, самые близкие. Для многих из них война вошла в дом тишиной. У каждой — своя история. В ней боль, которую почти невозможно вынести и очень трудно доверить словам. Но об этом нужно говорить: чужой опыт может стать опорой, а услышанная боль — перестать быть одинокой. В начале эфира в студии сетевого вещания «Вечерней Москвы» ведущий Руслан Сушон дал слово самим героиням, чтобы их голоса прозвучали без искажений и интерпретаций.
— 4 декабря 2023 года — для меня самый черный день моей жизни, — начала свой рассказ Марина Филиппова. — В этот день мой муж, вытаскивая раненых с поля боя, сам был ранен. Его перевезли на эвакуационный пункт, оказали помощь. Ранение было нетяжелое, совместимое с жизнью. С ним были еще четверо раненых и врач. Они ждали эвакуации, но она все задерживалась. На шестой час ожидания прилетела ракета, и эвакуационный пункт просто сложился. И раненые бойцы, и доктор — все оказались погребены заживо под завалами бетонного двухэтажного здания в селе Крынки Херсонской области.
Слушать такие истории жен героев тяжело. А каково им, потерявшим самое дорогое? Ирина Совершеннова тоже нашла в себе мужество поделиться болью:
— Мой муж Сергей Владимирович Энкин 30 лет служил в органах МВД, вышел на пенсию и в один день сказал мне: «Ирин, завтра меня отвезешь в военкомат. Пойду защищать Родину». А у нас многодетная семья, трое детей... Но супруг сказал: «Это мой выбор. Кто-то должен. Кто, как не я? Не делай из меня тряпку. Я решил, и так будет». В этом весь он. Даже сейчас Ирине очень тяжело говорить. Каждое слово отдает болью.
— Мне позвонили 3 мая и сказали: «Ирина, он у вас без вести пропавший». Это было под Купянском, в Харьковской области, населенный пункт Песчаная. Он до этого три года и два месяца находился на СВО, служил в танковом батальоне 272-го полка, был оператором-наводчиком, у него две медали «За отвагу». Когда последний раз выходил на связь, написал: «Иришка, холодно, очень холодно. Береги себя. Я вас очень люблю».
— И у меня такая же надежда живет, потому что я не хоронила своего Сашу, — добавляет Марина Филиппова. — Мой муж Александр Евгеньевич пошел добровольцем, ему было 58 лет. Он инженер-радиоэлектронщик. Отучился обезвреживать мины. Пошел сапером. «Феликс» был его позывной.
Марина вспоминает, что, когда муж звонил, у него всегда все было «хорошо». Говорил, что Россия непременно победит. С гордостью рассказывал, что солдаты, мальчишки, называют его дедом, а он их учит уму-разуму.
У волонтера Людмилы Калмыковой на СВО погиб сын Роман.
— Он служил в воинской части № 20924 в городе Коломне. Отучился на беспилотниках, ездил в Ижевск, потом в Москве закончил курсы. Однажды он мне сказал: «Мама, я все равно туда пойду. Я не могу сидеть на месте, понимаешь? Ведь я военный человек, я просто должен идти. Когда такая война, я должен быть там». Я ответила: «Ну я могу тебя как мама просто благословить и отпустить». А 7 августа он мне позвонил и говорит: «Мам, нас тут накрыло так сильно, что землей присыпало. Наверное, нас отслеживают». Я говорю: «Сыночек, очень аккуратно, пожалуйста, родной мой, береги себя, потому что это очень страшно». А 8-го числа ребят выследили и разбомбили. Роман был награжден посмертно орденом Мужества. Людмила бережно хранит каждое сообщение, отправленное сыном. В них Рома писал: «Мамочка, дорогая, я тебя так люблю». А самые последние слова были такие: «Я обязательно вернусь. Ты меня жди».
И мать ждет, вопреки всему, надеется на невозможное. А вдруг на другом конце провода однажды услышит: «Мама, я живой».
Настоящее горе либо ломает, либо закаляет. Для Людмилы Калмыковой оно стало дорогой к чужой надежде. Сейчас Людмила — волонтер: собирает гуманитарную помощь и отправляет на передовую. Это ежедневная, почти круглосуточная работа. В каждом собранном пакете — не просто вещи, а попытка поддержать тех, кто сейчас там, кому особенно нужна забота.
— Нужно все, — говорит Людмила. — Оптика, рации, стройматериалы, оборудование для госпиталей... Вообще, медицина — это ежедневная забота. И мне очень стыдно за тех людей, которые в стороне.
Людмила вместе с другими волонтерами собирает гуманитарную помощь с 2022 года. На постоянной основе они помогают семи подразделениям. Но, конечно, по сарафанному радио расходится молва. И поступают все новые и новые просьбы.
— С каждым разом все тяжелее собирать. Но я всегда говорю: скромный волонтер — не волонтер. Если для себя сложно просить, то для СВО будешь стучаться во все двери, — считает Людмила и добавляет: — Я хочу во всеуслышание объявить, что это не только наши потребности, это нужды всей страны. Просто наши ребята стали впереди. И цена — их жизни. Моего сына, мужа Марины, мужа Ирины, тех ребят, которые идут вперед, чтобы мы здесь жили спокойно. И очень обидно слышать, когда говорят: «Они же за деньги». А на деле каждый вложенный рубль — это лишняя минута их жизни.
Волонтеры говорят, что самые теплые посылки собирают на передовую семьи бойцов. В каждую такую посылку вложено что-то личное — письмо, рисунок ребенка, маленький талисман. Туда часто кладут совсем простые вещи, от которых на душе становится теплее, например, шерстяные носки, связанные вручную.